Откуда берутся трудные дети? Из трудных семей. Не требуется быть экспертом педагогики, чтобы понять: если родители пьют и не работают (совмещать и то и другое мало у кого получается), дети, скорее всего, скопируют их образ жизни. Исключения крайне редки.

Раньше, если ничего не помогало, детей определяли в детский дом. Сегодня тренд противоположный: детские дома как маркеры социального неблагополучия государство стремится сократить. Детей стараются определить в приёмные семьи, в последнее время принято немало постановлений правительства на этот счёт. А прежде чем лишить родительских прав, сначала с «трудными» родителями работают государственные органы опеки вместе с общественными организациями.

Общественный муниципальный совет по работе с семьями, оказавшимися в социально опасном положении, создан и в Углегорском районе. В его состав входят 11 человек: представители администрации, депутатского корпуса, казачества, общественники, медики, индивидуальные предприниматели. Совет собирается раз в квартал.

В повестке дня последнего, мартовского, собрания был приятный момент: две семьи сняли с учёта и ещё двум решено оказать материальную помощь.

– Сейчас мы развиваем институт кураторства, – говорит главный специалист отдела опеки и попечительства управления образования Углегорского района Марина Кавун.

Система такая: семьи, где детям по понятным причинам в родном доме голодно и холодно, попадают в базу данных отдела опеки. С восемью такими семьями работают кураторы-общественники. Приходят они по собственному желанию, и из названия понятно, что работа эта не за зарплату, а за идею.

Семьи, с которыми работают кураторы, разные. Есть полные или с одним из родителей, чаще всего с мамой. В некоторых растёт один ребёнок, но большинство семей многодетные.

Одна из таких кураторов живёт в Ольховке. Надежда Щукина рассказывает, что её подопечная, 42-летняя жительница села, – мама пятерых детей. Один уже взрослый, но четверых ещё нужно до ума довести.

– Объясняла ей, какие документы требуется собрать на субсидию, – рассказывает Надежда Павловна о буднях работы общественного куратора. – Помогала с работой. С постоянными рабочими местами у нас трудно.

Но главное, когда замаячила перспектива лишиться детей, женщина согласилась пролечиться от алкоголизма.

– Поскольку главная проблема этих семей именно в пристрастии родителей к алкоголю, – объясняет Марина Кавун, – мы направляем их на лечение в областной наркодиспансер.

Лечение не из дешёвых: один укол стоит почти 30 тыс. рублей, но для участников программы оно бесплатное. Таких уколов требуется шесть, поэтому в диспансер на стационарное лечение ложатся на полгода. Тринадцать человек пролечились в прошлом году, в этом уже уехали двое.

Но уколы – не панацея. Наркологи говорят: всё зависит от желания пациента. Если захочет – бросит пить. Подопечная Надежды Щукиной, судя по всему, захотела.

– Дома у неё теперь чисто, дети ухоженные, прошлым летом огород сажала, заготовки делала, – рассказывает куратор.

Свою подопечную она и теперь не бросает, хотя с учёта семью на недавнем заседании совета сняли. Эффект от работы налицо: четверым ребятишкам стало лучше жить.

Общественники – институт неформальный, поэтому доверия к ним больше. В совете ждут всех, кто готов посвятить время и силы этой работе. И ещё. Если в доме есть лишние вещи, которые семье уже не нужны, их тоже можно пристроить с пользой, передав в отдел опеки. Здесь с радостью примут одежду любых размеров – как на лето, так и для зимы.

Справки по телефонам: 8 (42432) 43-446, 43-780.

Елена Баева

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ