Углегорцы надеются спасти главную водную артерию — реку Углегорку

1438

Жители Углегорского района всё ещё надеются спасти одну из крупнейших рек западного побережья Сахалина — Углегорку.

На прошлой неделе углегорец Александр Койнов отправил видеосообщение о проблеме грязной воды в реке президенту Владимиру Путину. 30 июня прошла прямая линия с главой государства. Однако сообщение из Углегорска на ней не прозвучало.

Затем телекомпания «Углегорские новости» 2 июля выпустила специальный репортаж на тему загрязнения реки. Его можно посмотреть прямо здесь:

Чистота осталась в прошлом
Проблеме с качеством воды в Углегорке — не один год. И даже не два. Если спросить любого местного жителя о причинах, он наверняка ответит: река грязная из-за Солнцевского разреза. Двигаясь от Краснополья в сторону Никольского, разрез подминает гектар за гектаром.

С высоты Солнцевский выглядит гигантским чёрным пятном, которое всё больше разрастается. Отходы открытой добычи угля и попадают в Углегорку. Причём, исходя из масштабов добычи, попадают многочисленными путями. В первую очередь, водными.

Географически Солнцевский разрез расположен между двумя сёлами. Со стороны угольной разработки бегут несколько артерий (реки Жёлтая, Тарасовка, ручей Майский), которые затем впадают в Углегорку. Все притоки — грязные.

Вот, например, Жёлтая. Сейчас активную добычу рядом с ней не ведут. Но зато по соседству — минимум три угольных отвала. Это ступенчатые холмы, которые остались после добычи угля. Происходит всё так: сначала техника снимает верхний слой почвы, вскрывая залегающий выше угля слой пустой породы. Его дробят, обнажая угольный пласт. Оставшаяся после этих работ пустая порода — вскрыша — и попадает в отвалы.

— Отвалы устроены неправильно, да к тому же на ручьях, — говорит углегорец Сергей Бондарев. — Ступеньки должны быть шире, у их основания нет отстойника. Поэтому дожди размывают отвалы — и всё это уходит в Жёлтую, а из неё — уже в Углегорку.

Река Тарасовка последние годы в принципе не бывает чистой. Привычный цвет воды — кофе с молоком. Река берёт начало на разрезе и впадает в Углегорку. Кадрами с места впадения можно без проблем иллюстрировать публикации, посвящённые экологическим катастрофам.

Аналогичная ситуация с ручьём Майским. Из него к тому же берут воду для Никольского. В этом году несколько недель из сельских кранов шла техническая жидкость, питьевую воду людям привозили по графику. Мутность в Майском, по данным Роспотребнадзора, достигала 700 мг/дм3. Для сравнения: у воды питьевого качества мутность должна равняться 1,5 мг/дм3 (на непродолжительное время допускается её увеличение до 3 мг/дм3). Жители Никольского говорят: то, что временами выдаёт водопровод, не только выглядит отвратительно (жидкость даже не
отстаивается), но и воняет нефтепродуктами.

Представители власти на встречах с населением уверяют: разрез абсолютно ни при чём, вода была грязной из года в год. Всё дело в талых водах. Эту версию, например, в очередной раз озвучивал мэр Сергей Дорощук на встрече с никольцами 26 мая 2021 года.

— Вам разрез ничего не гадит! — уверял сельчан на этой же встрече и директор МКП «ЖКХ» Максим Фить.

Старожилы настаивают: до Солнцевского (вернее, его немыслимых и катастрофических для экологии объёмов добычи) вода в реках была чистой, несмотря ни на какие снежные зимы и талые воды. А рыба, что заходила на нерест в Углегорку (был даже краснокнижный сахалинский таймень и мальма!), поднималась до Медвежьего. Сейчас это в прошлом.

— Нас уверяют, что Углегорка мутная из-за талых вод и грязи с дороги, — эмоционально рассказывает Олег Терехов. — Всё это ложь! Рыбачу и зимой, и летом. В декабре или январе какие талые воды? На рыбалке сидишь: пошла муть подо льдом. Всё! Рыба исчезла.

Конечно, дело не только в рыбе. Из Углегорки берут воду для Ольховки и районного центра — на так называемом первом подъёме. Последние несколько лет в селе и городе периодически вводили режим ЧС — из-за глинистой жижи, которая текла из кранов. К родникам выстраивались бесконечные очереди, бытовая техника выходила из строя (титаны, стиральные машины), у родителей прибавлялось головной боли: с кем оставить детей, если сад закрыт из-за ЧС.

Проблема обострилась настолько, что в 2019-м местная власть предложила перенести водозабор — туда, где в Углегорку впадает её приток, река Аральская. Географически это выше Краснополья. Вода там всегда прозрачная. Очевидно, что предложив перенести водозабор, власть, хоть и косвенно, признала: это из-за разреза.

«Предложенное местоположение нового водозабора значительно удалено и от населённых пунктов, и от автодороги, и от угольных разрезов. Наличие источников загрязнения сведено к минимуму» (УН № 4 от 31 января 2019 года).

Пока новый водозабор существует лишь на бумаге. Но пару лет назад углегорскую станцию водоочистки решили экстренно модернизировать. Это помогло: нынешнюю весну Углегорск и Ольховка провели без режима ЧС. Однако, как говорят жители, это в том числе из-за большого количества реагентов, которые добавляют в воду для очистки.

Кстати, в районе Краснополья некоторые до сих пор набирают из Углегорки воду для пищевых целей. Ведь там она чистая.

Очистные только на бумаге?
По версии, которую активно транслирует Восточная горнорудная компания (Солнцевский разрез — один из её ключевых активов), грязные сточные воды с разреза сначала попадают на станцию водоочистки.

В марте этого года её под прицелами многочисленных камер (в том числе и нашей телекомпании) открывали глава региона Валерий Лимаренко, углегорский мэр Сергей Дорощук, председатель Совета директоров ВГК Олег Мисевра и депутат облдумы Александр Болотников.

При нынешнем масштабе разреза логично, чтобы очистные стояли на каждой реке. Впрочем, и существующая станция, предполагают углегорцы, работает только на бумаге. А ещё её включают, вероятно, вот по таким особым случаям: к приезду гостей. Причём в роли гостей могут выступать не только чиновники, но и надзорные ведомства. Приехать на разрез с проверкой можно только после бумажных уведомлений и согласований. Попасть на разрез общественникам — история и вовсе из разряда фантастики. Такое положение дел владельцы Солнцевского объясняют тем, что разрез — промышленный объект. Но, кажется, дело не только в этом.

В 2018 году по обращению «Углегорских новостей» прокуратура проверила Солнцевский разрез — в связи с информацией о загрязнении реки Углегорки. Разрез оштрафовали на полмиллиона рублей.

Лепту в загрязнение реки, уверен активист Виктор Артамонов, вносят и постоянные взрывы на разрезе:

— Взрывы производят с помощью селитры. А отходы куда? Всю эту химию смывают дожди. И она попадает в Углегорку.

Что со здоровьем?
Разрез, высказываются углегорцы, попросту губит безопасную окружающую среду: постоянные взрывы, грязные реки, уничтожение леса, угольная пыль, необъятные угольные склады в порту Шахтёрск, площадь которых всё время увеличивается. Последствия всего этого людей пугают.

— Все наши беды от неуёмной деятельности Солнцевского разреза, — говорит фермер Николай Уютнов. — В областном онкодиспансере на Горького всегда говорят: вот опять из Углегорского района приехали. Из вашего Углегорского района всегда больше всего онкологических заболеваний.

По официальным данным областного минздрава, в 2020 году Углегорский район занял 5-е место среди районов области по выявлению злокачественных новообразований (615,2 на 100 тыс. населения) и по смертности от них (321,2 на 100 тыс. населения). На первом месте — рак лёгкого (12,8 %), на 2-м — рак желудка (11,9 %), на 3-м — рак молочной железы (10,1 %).

Робкие возражения тех, кто считает, что благо от разреза (рабочие места и налоговые отчисления в местный бюджет) значительнее, чем наносимый им вред, неравнодушные жители не поддерживают. Они не против добычи. Люди хотят, чтобы вели её без ущерба для экологии и человека, с последующей рекультивацией. «Получил прибыль за счёт природы — убери за собой», — этот тезис в апреле 2021 года озвучил и президент страны.

— Мы не против того, чтобы в районе добывали уголь! — говорит Виктор Артамонов. — Мы хотим, чтобы ВГК делала это по закону. Пусть построят нормальные, а главное — реальные очистные сооружения!

— Вот некоторые говорят: у вас нет фактов загрязнения реки разрезом, — говорит Александр Койнов. — Подождите, люди бегают за водой родниковой. Это не факт? Рыбы стало меньше. Не факт? А водозабор затеяли перенести — не факт? Да тут одного факта хватает! Я, конечно, не силён в экономике. Но мы добываем много угля! И только недавно начали строить тротуары. Да с таким-то углём у нас автобан должен быть до Южно-Сахалинска! Мы живём в Российской Федерации, и её законы должны соблюдаться.

Вместо послесловия
Обращение Александра Койнова на прямой линии с президентом не прозвучало. Но это не значит, что оно останется без ответа. Все проблемы, поступившие на прямую линию, фиксируют и вносят в базу.

От редакции. Редакция «Углегорских новостей» просит считать данную публикацию официальным обращением в правоохранительные органы и надзорные ведомства.

Алина Голоскок
Фото Александра Гагаркина и из архива редакции
Карта openstreetmap

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ