Углегорцы просят помочь дворнику, над которой издеваются в семье

2722

«Она всегда грустная, выглядит немощной, какой-то неприкаянной. После работы домой не спешит, сидит на скамейке, что-нибудь ест. Говорит, что дома её обижают. Смотришь на женщину и думаешь, в чём там только душа теплится. Родственники из дома выгоняют. Помогите ей, пожалуйста!» Это о своём дворнике, шестидесятитрёхлетней Татьяне Шишовой, рассказала жительница одного из жилых домов Углегорска.

Татьяна давно работает в сфере уличного благоустройства. С виду она всегда спокойная, тихая, немногословная, ещё, извините за резкость, выглядит какой-то забитой, неухоженной и немощной. Ещё не зная её семейной истории, при встрече всегда хотелось ей улыбнуться, сказать доброе слово, чувствовалось, что этой женщине не хватает душевного тепла. В самом деле, неприкаянная.

Со своим рабочим инвентарём: метлой, лопатой, мешками для мусора — Татьяна каждый день выходит на уборку дворов. Её часто можно увидеть отдыхающей на какой-нибудь скамейке. Сидит, плечи опущены, грустит, о чём-то размышляет.

— Татьяна, расскажите, как вы живёте. Всё ли у вас хорошо? — не выдержала однажды я и присела с ней рядом. И она как будто бы ждала и этой минуты, и этого вопроса, словно давно хотела кому-то открыть душу и рассказать о своей боли.

— Они меня скоро убьют…

Таня родилась в селе Соболево. Росла в простой семье: мама работала на почте, отец — грузчиком в порту. Говорит, детство было счастливым. Вспоминая об этом, улыбается.

— Родители меня не обижали. Работала на огороде, в море чилимов ловила. На танцы с девчатами бегали…

После школы Татьяна выучилась на штукатура-маляра. В 80-х годах, когда работала на целлюлозно-бумажном комбинате, познакомилась с грузчиком Виктором.

— Подарки дарил, ухаживал. Только свадьбы у нас не было. А потом дочка родилась. Муж начал пить по-страшному и руку на меня поднимать. Бил, бывало, до синяков. Терпела, что делать, пока не умер 12 лет назад. Теперь вот от дочери терплю.

63 года Татьяне исполнилось 2 мая. По её словам, свой день рождения она давно уже не отмечает. Никто её в этот день не поздравляет и подарков не дарит, даже единственный родной человек — дочь Оля.

Оля — Татьянина боль. По характеру Татьяна — невластная женщина, слабая, в жизни принимает роль жертвы. Сначала боялась мужа-алкоголика, а в последние годы боится агрессии дочери.

— Она по профессии тоже штукатур-маляр, — рассказала мать о дочери, — но работать не хочет, хотя руки у неё золотые, вязать умеет.

По словам матери, у дочки трое детей: шестнадцатилетние девочки-двойняшки и младшая дочь, в отношении которой лишена родительских прав. Младшую девочку воспитывают в другой семье.

— В одной квартире мы живём все вместе: дочка с сожителем, внучка с ребёнком и сожителем и я в отдельной комнате. Никто из них не работает, только я. По их словам, работать не могут, потому что болеют. Одна я здоровая. За квартиру и свет плачу я с пенсии. То, что получаю за работу дворника, они у меня забирают и пропивают. За квартиру накопились долги…

Но самое страшное, чего боится Татьяна, это когда дочь её бьёт.

— Когда нужны деньги, закрывает меня в комнате и, пока не отдам их, не выпускает. Никто за меня не заступается, будто так и надо: и руками бьёт, и ногами пинает. Я боюсь находиться дома. Если у меня в карманах остаётся какая-то мелочь, всё выгребают. Четверо лбов содержу на свою пенсию и зарплату, не считая маленького ребёнка.

Все, кто знает историю Татьяны, соседи, знакомые советуют ей прекратить позволять над собой издеваться, советуют обратиться в правоохранительные органы. Но женщина боится это делать, а то, мол, совсем забьют до смерти. Но всё-таки проявляет жалость к обнаглевшей родне.

— А чем вы мне поможете, что тут можно сделать? Сама дочь такой ленивой воспитала, позволила себе на шею всем сесть, — говорит женщина, которая давно стала безвольной. — Дочь меня во всём обвиняет: что лишили прав на младшую дочку, что личная жизнь толком не сложилась. Сейчас она с одной из старших дочерей и внуком в Южный уехала, только их сожители всё равно не дают мне покоя, приходят пьяные, орут и снова денег просят. Я их боюсь.

По-человечески жалко Татьяну. И если есть хоть один шанс ей помочь, надо избавить женщину от насилия со стороны родственников, пока ещё не поздно. За помощью «Углегорские новости» обратились в правоохранительные органы. Попросили разобраться в ситуации — нам пообещали помочь. В управляющей компании, где Татьяна работает, за неё все переживают, жалеют. Все видят, что пожилая женщина находится в сложной жизненной ситуации. Как будут развиваться события, мы вам расскажем.

Снежанна Соколова
Фото автора

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ